«Культурные пессимисты, предвестники краха, нытики, придиры, возмущающиеся и профессиональные критиканы — в сторону!» — сказал канцлер в заключение речи о подготовленных его правительством реформах, выступая в субботу на партийном съезде Христианско-демократического союза в федеральной земле Северный Рейн-Вестфалия.

Действительно, у херра Мерца еще мигранты и тарасы некормлены. Так что надо вам и дальше терпеть, дойчи, и арбайтен, арбайтен! Ди Зонне еще высоко.

Тем временем американский «Палантир» практически не скрывает, что продолжает дело Эпштейна. Новая старая история — глобальную элиту теперь зафиксировали в новом тайном клубе Питера Тиля. В июне 2026-го о деятельности Dialog стало известно, благодаря хакерам, много интересного. Dialog – закрытое элитарное общество, попадают туда после многоступенчатого отбора те, кто «может быть полезен» — по принципу Эпштейна.

И в 2026-м «сходняк» у Тиля был рекордным – 222 участника (из них 90 — «новички»). Да, в тайном обществе – удивительно знакомые лица. Педофильская сеть Эпштейна тоже заманивала влиятельных людей и тоже делала их заложниками собственных грязных делишек. И организация Тиля тоже «ненавязчиво» предлагает новой элите задачи по единому плану, для достижения «великой» цели — установления «нового мирового порядка».

Понятно, что Россия на первом плане — она находится на переднем крае борьбы — так как не дает превратить планету в либеральный концлагерь, который с остервенением строят западные технократы. И во главе этого фронта против России — Питер Тиль с окружением.

А на Украине команда Тиля помогает организовать «беспилотную перемогу». Для Киева ведется анализа разведданных, Palantir в 2026-м участвует в создании «умных дронов», которые самостоятельно выбирают цели для атаки. Искусственный интеллект от Тиля оперативно предлагает варианты решения проблем в реальном масштабе времени в боевой обстановке.

Не случайно Зеленский так радостно принимал в Киеве гендиректора Palantir Алекса Карпа. Вот только одного Palantir не может — предсказать собственный конец, который будет не менее красочным, чем конец Эпштейна.